Никто не хотел приезжать

Автор//: Ира Коган
 
Кажется, что вернулись 90-е, время Большой Алии. Ежедневно в аэропорту Бен Гурион приземляются сотни репатриантов из Украины и России, и ожидается, что скоро счет пойдет на тысячи. Вначале их встречают цветами и торжественными речами; глава правительства выносит детей из самолета на руках, а министр абсорбции желает удачи в новой жизни. По опыту мы знаем, что скоро первый ажиотаж спадет и процедура приема превратится в рутину. Выстроятся очереди за пособиями и консультациями, будет не хватать сотрудников в официальных учреждениях, гостиниц для размещения, учителей в ульпанах. И снова по нашим улицам начнут толпами ходить растерянные люди, оглушенные новизной впечатлений, не знающие языка, не понимающие местных реалий – такие, какими были когда-то мы.
 
Можно посетовать, что Израиль снова оказался не готов к приему массовой алии, как не готов он был к «короне», наводнениям и землетрясению, которое, к счастью, пока не случилось. Но, откровенно говоря, к такой войне в Европе и таким ее последствиям не был готов никто. Еврейское государство как раз поступило дальновидно, призвав своих граждан покинуть Украину еще в начале февраля, но самолеты улетали в Израиль полупустыми. Люди не верили, что им придется буквально бежать из страны под бомбами и пулями.
 
Нынешние олим отличаются от репатриантов 90-х прежде всего тем, что они - настоящие беженцы. Эта травма будет сопровождать их еще долгие годы. Для Израиля это серьезный вызов: мы привыкли ставить на первое место свои страхи, свои войны, свое выживание. Остается надеяться, что у нас хватит специалистов-психологов, которые умеют работать с постравматическим синдромом, а главное – хватит деликатности и внимания к нуждам не только первых прибывших, торжественно встреченных в Бен Гурионе, но и всех олим, сколько бы тысяч их ни было.
Определение «беженцы» в первую очередь относится к выходцам из Украины, но и алия россиян – далеко не самая благополучная.
​​​​​​ Люди в одночасье потеряли работу, доходы, накопления, надежду на будущее в своей стране, бросили квартиры, родных, друзей. Статистики нет и вряд ли будет, но и так ясно, что среди новоприбывших – лишь малая часть тех, кто собирался репатриироваться и просто ускорил свой отъезд из-за непредвиденных обстоятельств.
​​​​​ Большинство не хотело уезжать, они не готовы к новой жизни и многое будет вызывать у них неприятие. Хватит ли у нас терпения и гостеприимства, чтобы эти люди почувствовали себя дома?
 
Не секрет, что среди приезжающих репатриантов, есть и неевреи, и евреи «не с той четвертинкой». В высшем руководстве уже давно идут споры об изменении Закона о Возвращении. Возможно, это произойдет, но пока закон существует в своем первозданном виде и мы принимаем репатриантов, отвечающих его требованиям, они заслуживают равного уважения и внимания, независимо от национальности бабушки.
Наша алия немало сделала для того, чтобы Израиль стал более дружественным к приезжающим. Сейчас гораздо проще, чем в начале 90-х, получить информацию и помощь на родном языке, причем не только на русском и украинском. Мы доказали своим примером, что выходцы из бывших советских республик умеют работать, учить, лечить, воевать. В структурах власти есть наши представители, к которым можно обращаться. Будем надеяться, что это облегчит олим вхождение в новую жизнь.
Трудно будет не только им, но и нам всем. Из-за высокого спроса вырастут цены на жилье, что повлечет за собой цепную реакцию подорожания. Приток новой рабочей силы создаст проблему в сфере трудоустройства. Страна, еще не вышедшая из кризиса, вызванного эпидемией «короны», будет перераспределять бюджет в пользу абсорбции. Общество быстро ощутит эти перемены на своей шкуре и на своем кошельке. Хватит ли у нас мудрости справиться с эмоциями и не винить приехавших в своих бедах?
 
Многих из нас, приехавших в 90-х, Израиль встретил не особенно тепло. Но у нас не было выбора: мы зубрили язык, получали новые профессии, влезали в долги и покупали жилье, карабкались вверх, разбивая лбы о стеклянный потолок. Хотим ли мы, чтобы новые олим съели ту же порцию горького повидла, которая досталась нам? Чтобы они, не успев толком оглядеться, уже столкнулись с проверками на чистоту крови и барьерами, которые религиозный истеблишмент ставит на пути недостаточно кошерных олим? Услышали разговоры про русских/украинских проституток, мафию и купленные дипломы? И покинули страну при первой возможности, как тысячи наших бывших соотечественников?
 
Нельзя забывать: по каким-то причинам, личным или идеологическим, эти люди выбрали именно Израиль, хотя выходцев из Украины, например, принимает любая страна Европы. Есть среди них и представители так называемой паспортной алии, которую наше правительство хочет прекратить. Да, они получили гражданство на всякий случай, «на черный день», но этот день настал, и вот они здесь. Сегодня и от государства, и от всех нас зависит, чтобы эти люди стали нашими согражданами, а не временными гостями.
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

ПОДЕЛИТЬСЯ
ВСЕ ПО ТЕМЕ
КОММЕНТАРИИ