Инструмент перемен


Инструмент перемен

Дым политической схватки над Кнессетом несколько развеялся, правительство сформировано, приведено к присяге и приступило к своим обязанностям. Всем министрам предстоит в ближайшее время доказать, что они по праву возложили на себя многообещающее имя «правительство перемен» и что перемены эти принесут пользу не только тем, чьи имена теперь значатся на табличках возле дверей высоких кабинетов. Довольно естественно, что весь предыдущий период основное внимание всех наблюдателей было связано с вопросами, начинающимися со слова «кто?». Кто войдет в коалицию, кто займет ту или иную министерскую или парламентскую должность, кто какие перемены обещает, кто способен справиться с провозглашенными планами. Сейчас настало время спрашивать не «кто», а «как»? Как они собираются это делать — как будут концентрироваться и распределяться ресурсы, как будут осуществляться новые назначения.

Не секрет, что многие теряли доверие к ныне бывшим членам правительства Нетаниягу, включая его самого, именно по причине того, как они принимали решения. Слишком часто мы узнавали, что бывший премьер-министр вечером уезжал домой с одним решением, а утром возвращался с другим. Этот, ставший традиционным, механизм принятия государственных решений и фактор, сильно влиявший на их появление, связанные с участием никем, кроме лично Нетаниягу не избранных людей, в принципе не имеющие права на существование в демократической системе, раздражали граждан, деморализовывали сторонников и порождали ненужное и бессмысленное напряжение в политической системе. Еще хуже, что такого рода произвол не мог остаться исключительно привилегией одного человека. На содержание принимаемых решений в любом ведомстве могли влиять члены семьи, товарищи по прежней работе и по партии, да и просто политические и личные симпатии того, кто должен был быть и по должности был государственным руководителем, чиновником высокого ранга. Достаточно вспомнить, как пришедший буквально на неделю в министерство абсорбции ликудник немедленно уволил ничем
себя не дискредитировавшего генерального директора, открыто сказав, что никаких претензий к работе чиновника не существует, его выкидывают вон просто за принадлежность к «неправильной» партии.

Поэтому, если не первая, то одна из первых по значимости перемен, которая должна произойти, — это перемена стиля руководства всеми государственными ведомствами. Новые министры не имеют права продолжить практику управления в манере временщиков, получивших неизвестно на какой, но явно на короткий срок нечто явно полезное, с чем можно обращаться, как с чужим автомобилем, на котором дали покататься. От работы любого министерства зависит сегодняшняя
и завтрашняя жизнь граждан Израиля, и, кстати, в каждом из них тоже работают граждане страны. Разумеется, ни один человек либеральных взглядов не станет делать из министерских чиновников нечто возвышенное, драгоценное и неподвластное публичной критике. Но и превращать их в объект манипулирования в угоду сиюминутным интересам политиканов — абсолютно бессмысленно и вредно для государства. Задача новых министров — быстро заменить тех, кто не может толково и результативно работать, на тех, кто может и также быстро создать и новым, и старым, продолжающим исполнять свои обязанности государственным служащим все необходимые условия для плодотворной и результативной работы. Ни для кого не секрет, что самым опытным государственным руководителем в новом кабинете является министр финансов Авигдор Либерман. Еще до официального вступления в должность он объявил о назначении генеральным директором минфина Рама Белинкова. Сразу бросилось в глаза, что Белинков никаким образом никогда не был связан с политикой вообще и с возглавляемой Либерманом партией НДИ в частности. В прошлом этот опытнейший чиновник занимал должность в министерстве внутренних дел, а до того возглавлял бюджетный отдел минфина. Ключевой, финансовый же отдел министерства возглавил также профессионал, а не политический назначенец Йоав Гардус. В своем первом обращении к сотрудникам ведомства Либерман, который естественно не один год только и делал, что критиковал правительство, теперь не сказал ни одного плохого слова о том, как, собственно, работал минфин. Наоборот, он постарался вдохновить новых коллег на выполнение важнейших для страны задач, которые стоят сейчас перед ними и решение которых на данный момент зависит в первую очередь от них — подготовка и принятие государственного бюджета. Действительно, время сокрушаться по поводу
беспрецедентного не только в израильской, но мировой истории отсутствия бюджета в течение двух лет, ужасаться дефициту в 180 млрд шекелей и посыпать голову пеплом по поводу государственного долга в триллион, теперь прошло. Все эти и многие другие небывало плохие параметры состояния наших финансов — повод не для критики, а для тяжелой, но энергичной и
эффективной работы. Каждый новый министр знал, каково положение дел в его области ответственности, ни один из них не выражал восторга по поводу достигнутых успехов, все они многократно рассказывали о сложнейших проблемах и многочисленных ошибках своих предшественников. Теперь им предстоит исправлять эти ошибки и решать эти проблемы.
Полагаю, что новый министр финансов начал решать их правильно. В отличие от всех других министров, Либерману на выполнение первой из главных обязанностей отведен конкретный и очень короткий срок — бюджет должен быть готов через 140 дней. Либерман много раз говорил, что «слово есть слово». Как один из лидеров оппозиции, своему слову он действительно следовал. Теперь уже как глава одного из, если не самого, ключевого министерства, он произнес слова о том, что повышения налогов не будет. Сверстать наш государственный бюджет с тем дефицитом, который есть, без повышения налогов — задача архитрудная и требующая от любого участвовавшего в ее решении высочайшего профессионального мастерства. При этом понятно, что весь минфин в одночасье не поменяешь, а сработать должны не только новые, но и все
имеющиеся профессионалы. То есть нужно добиться перемен в работе всего министерства, всех его отделов и каждого его сотрудника. Не просто перемен к лучшему, а повышения их КПД до уровня высочайших мировых стандартов. Только тогда министр финансов сможет и соблюсти закон в части сроков подготовки бюджета, и сдержать свое слово.

Рискну утверждать, что принятие бюджета — ключевой вопрос не только для страны, но и, собственно, для новой коалиции. Если бюджет будет подготовлен в те жесткие сроки, которые установлены законом, и на том уровне качества, которое окажется убедительным для политически не зашоренных депутатов даже и от нынешней оппозиции (я надеюсь, что такие
найдутся), то он будет принят большинством, более убедительным, чем 60 голосов. Что ж, ясно, что летних отпусков в минфине особо не предвидится. Но отпуск не может быть главным содержанием работы, а правительство обещало, что будет работать, а работать много и эффективно — это тоже перемены, это тоже новые приоритеты. Это то, что нам обещали и чего мы ждем.

Автор: Александр Осовцов

ПОДЕЛИТЬСЯ
ВСЕ ПО ТЕМЕ
КОММЕНТАРИИ
НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ
ЗНАКОМСТВА
МЫ НА FACEBOOK



По старым правилам

Ответный удар еврейского государства вряд ли выйдет за рамки той самой точечной, гибридной войны, которая ведется между Израилем и Ираном уже не один год