Rambler's Top100





Опросы














04.07 16:55   Ирина Петрова

Мораль или политика?

Каждый раз, когда случается трагедия, мы задаем себе вопрос: можно ли было это предотвратить? И если да, то кто виноват? Кто упустил эту возможность?

Если спросить специалистов по статистике, то они с цифрами в руках докажут, что совсем избежать терактов нереально. Самая надежная охрана дает сбои, как это случилось в Кирьят-Арбе, где есть забор безопасности с электронной системой предупреждения. Но статистика – слабое утешение для тех, кто теряет в терактах своих близких, да и для всего народа Израиля.

30 июля арабский террорист проник в дом семьи Ариэль в Кирьят-Арбе и зарезал 13-летнюю Халель Яффу. Когда на помощь прибыли сотрудники гражданской самообороны, он успел ранить одного из них, прежде чем был застрелен.

В тот же день террорист с ножом ранил двух израильтян на рынке в Нетании. Его застрелил один из продавцов из личного оружия.

1 июля на Хверонском нагорье бандиты расстреляли израильский автомобиль. Погиб Михаэль Марк 48 лет, его жена и дети получили ранения.

Привычные реалии нашей жизни, разве что помноженные на Рамадан, когда у исламских экстремистов обостряется чувство ненависти к евреям.

После теракта в Кирьят-Арбе много писали и говорили о том, что вооруженные бойцы отряда самообороны не решались стрелять по террористу, пока он не ранил одного из них. Если даже поселенцы, живущие на переднем крае борьбы за свою жизнь, опасаются пустить в ход оружие, то кто может нас защитить? Солдаты ЦАХАЛа уже давно отчитываются за каждый выстрел, совершенный за "зеленой чертой". Судебный процесс над Элиором Азарией, застрелившим террориста в Хевроне, далеко не первый в своем роде. В результате военнослужащие и полицейские перестраховываются, рискуя своей и чужой жизнью.

Мы цивилизованное государство и должны иметь высокоморальную армию, объясняют политики. Самое удивительное, что к их голосам присоединяются простые граждане, которые сами в любой момент могут стать жертвой "высокой морали" солдата, который поостережется ликвидировать убийцу, чтобы не попасть под трибунал. Не зря "левый" подход к израильской политике порой называют самоубийственным. Хотя наверняка каждый из "морализаторов" предпочтет, чтобы в минуту опасности рядом с ним оказался не столь высокоморальный человек, умеющий стрелять быстро и без колебаний.

Дело здесь не столько в различии правых и левых взглядов, сколько в подтасовке понятий. Принципы моральности армии относятся прежде всего к ситуации, когда военнослужащие действуют на чужой территории среди гражданского населения. Подразумевается, что противник – другая армия, которая худо-бедно соблюдает те же принципы. Если же речь идет о защите своих граждан от террористов, не имеющих никаких принципов и лишенных всякой морали – то, очевидно, подход должен быть несколько иным. Нигде в мире не подвергается сомнению моральность стража порядка, который нейтрализует вооруженного преступника. Почему к нашим солдатам и полицейским должно быть другое отношение? Только потому, что им противостоят преступники с идеологическими мотивами, которым сочувствует международное сообщество?

В этом, собственно, и ответ. Ведь изначально мы считали нашу армию высокоморальной именно потому, что она защищала своих граждан и противостояла террору. Но все изменилось, когда Израиль начал считаться с мировым общественным мнением больше, чем с собственной безопасностью. На смену морали пришла политика, и на армию посыпались ограничения и предостережения.

В начале 90-х была популярна карикатура: два израильских солдата лежат на дороге, раздавленные проехавшим арабским грузовиком, и один из них спрашивает другого: "Как ты думаешь, мы уже можем открывать огонь?". Сейчас этот грустный юмор всем понятен, но он был бы немыслим до соглашений Осло. А ведь тогда еще не было интифады Аль-Акса и расследования действий военнослужащих, которые отстреливались под градом камней, и прогремевшей на весь мир истории мальчика Мухаммеда, якобы убитого израильскими солдатами, а на самом деле живого. Не было недавнего решения о выплате компенсаций семьям участников так называемой "флотилии Свободы", благодаря которому военные моряки, защищавшие наши границы, фактически признаны убийцами…

После того как в Нетании продавец на рынке застрелил террориста, израильтяне заговорили о том, что пора брать безопасность в свои руки. Однако законы применения оружия гражданскими лицами еще строже чем, у армии и полиции. Просто гражданских, не связанных дисциплиной и приказами командиров, не так легко запугать. Вернее, пока не легко. Достаточно нескольких показательных процессов, чтобы многие задумались, стоит ли применять оружие.

Сейчас правительство пытается показать, что оно в силах остановить волну террора. Для этого используются исключительные меры: снос домов террористов, блокада Хеврона, отмена разрешений на работу для жителей деревни, из которой вышел убийца Халель Яффы. Но проблема всех этих мер в том, что они временные. После короткого промежутка затишья и давления мирового сообщества все вернется на круги своя.

На самом деле ограничения должны сохраняться, пока палестинская администрация делом не докажет свое намерение бороться с террором – не арестует пособников убийц, не заплатит компенсации семьям погибших. До тех пор не может быть никаких послаблений, не говоря уж о переговорах, уступках и прочих шагов навстречу.

То же касается нового строительства за "зеленой чертой". Принцип: "Они нас убивают, а мы будем жить и строить" разделяют многие поселенцы, в том числе и мать погибшей девочки. Но следуя ему, Израиль действительно превращает расширение поселений в способ наказания палестинцев, в то время как строить надо просто потому, что мы находимся на своей земле и останемся здесь навсегда.

В противном случае и строительство, и безопасность, и само существование еврейского государства сомнительны с точки зрения морали.
Поделиться
Все по теме
Комментарии
Все за 24 часа
Лента новостей
Новости партнеров
Новости партнеров


Знакомства
Мы на Facebook